Ещё более интересный хост меня ждал в Вене. Фридерика в свои 65 лет сохранила лёгкость, ясность и безбашенность молодой девушки. Если бы не морщины на её лице, сложно было бы дать ей более 20 лет. А между тем она, как и Герлинда, вырастила и воспитала двух детей. Её квартира, находящаяся в полном хаосе, увешана огромным множеством плакатов, посвящённых борьбе левых с 1960-х гг. по нынешнее время. А сама она - устный переводчик, в настоящее время подрабатывающая туристическим гидом (потому что знает наизусть свою родную Вену и очень любит общаться с людьми). Она знает русский немного лучше, чем я знаю немецкий, поэтому мы с ней общались то по-русски, то по-немецки - для практики - а когда надо было быстро объясниться, переходили на английский или французский.
Вечером второго дня мы с Фридерикой поехали на гору Калленберг, которая, находясь в сердце Венского леса, возвышается над Веной - про неё написано множество песен на венском диалекте. Оттуда мы спустились вниз через виноградники по секретной тропке, которую она знает. Сквозь листья винограда были видны огни города, а иногда можно было угадать течение Дуная. А когда мы спустились - где-то через час - мы как раз успели в ресторанчик, где готовятся не два обычных сорта венских штруделей (яблочные и творожные), а целых восемь.
В окрестностях Братиславы я остановился у милой 23-летней девушки по имени Луция, которая живёт в небольшом городке под названием Дунайская Лужня. Луция - студентка последнего курса экономического факультета и работает в рекламном агентстве. Я был первым её гостем из-за границы. Днём, как и у предыдущих хостов, я был предоставлен сам себе, а вечера мы проводили вместе. Мне пошло очень на пользу слушать разговоры по-словацки - благодаря этому в последующие дни, когда я путешествовал по Восточной Словакии, я уже неплохо понимал словацкий язык.
Наконец, в Нитре я ни у кого на ночь не останавливался, я лишь встретился с дэй-хостом. У меня было всего несколько часов - зато лучшего экскурсовода по Нитре было невозможно себе представить. Юрай, 37-летний медиевист, говорящий на очень хорошем русском, хотя уже 20 лет не бывавший в России, показал мне замок и несколько музеев, в которых в числе прочего были выставлены рукописи, которые он сам в своё время нашёл и прочитал. Правда, новооткрытый музей его разочаровал. "Увы" - сказал он мне - "ты не найдёшь здесь много сведений по нашей истории - скорее наш национальный миф". Пришлось заверить его, что словацкий национальный миф меня интересует ничуть не меньше, чем сама история Словакии. Потом мы пообедали (я наконец-то попробовал знаменитые словацкие брынзовые галушки) и расстались друзьями.